Екатерина Бороздина: «Наш проект вырос из многолетнего сотрудничества с разными организациями»

Назад

Екатерина Бороздина: «Наш проект вырос из многолетнего сотрудничества с разными организациями»

Для российской высшей школы магистерская программа «Социальные исследования здоровья и медицины» — уникальный продукт. Ориентируетесь ли вы при ее разработке на какие-либо зарубежные образцы?

Конечно. На самом деле на российский опыт мы тоже ориентируемся – невозможно создать что-то новое, не разобравшись, какие программы со схожей направленностью уже существуют вокруг, насколько они успешны именно в условиях нашей страны, кому адресованы. Если говорить о зарубежных моделях, то это, прежде всего, модель medical humanities. Она пока мало представлена в России. В ее основе – признание роли социальных и культурных факторов в медицине; признание того, что в современном мире совершенствование здравоохранения – это не только про новейшие технологии, но и про коммуникацию между врачом и пациентом, про необходимость учитывать локальные традиции.

Отечественные образовательные программы, которые предполагают объединение медицинской и социальной перспектив, по большей части основаны на парадигме public health (общественного здоровья). Они дают своим выпускникам знания об организации систем здравоохранения, о реформах, о том, как принимать управленческие решения в медицине. Иногда речь идет о совсем частных вещах — о том, как правильно оформлять отчетность и заполнять медицинскую документацию.

Задумывая этот проект, мы держали в уме даже не какие-то конкретные программы, а эти две большие парадигмы — medical humanities и public health. И был еще третий фактор, задающий концепцию развития программы – наш собственный исследовательский и преподавательский опыт. На пересечении этих трех линий и возник проект. Он получился про объединение разных подходов и дисциплин, объединение теории и практики. Но что важно, в нем большая роль отводится, я бы сказала, интерпретативному измерению. То есть обсуждению социальных смыслов здоровья и болезни, фреймов принятия клинических решений. Это внимание к широкому социально-историческому контексту, от которого, например, зависят разные представления о том, что такое достоверное медицинское знание.

Поддержка от фонда оформляется как индивидуальный грант, но я все время говорю «мы», потому что проект принципиально коллективный. Как я уже сказала, он про объединение. И кроме образовательных целей здесь также ставится цель сформировать сообщество, создать пространство для диалога между социальными учеными и медиками.

В современном мире проблемы в области медицины и обеспечения здоровья людей решаются комплексно, в том числе и с привлечением экспертов из других научных сфер. Насколько актуально такое положение дел для России? Где найдут себе профессиональное применение выпускники будущей программы?

Мы с коллегами, конечно, с самого начала задались вопросом о том, куда пойдет выпускник нашей магистерской программы после ее окончания, то есть кого мы, собственно, готовим. И мы определили для себя два возможных пути. Первый, что программа будет привлекательна в первую очередь для тех, кто планируют карьеру в сфере социальных исследований медицины и стремится прокачать свои навыки в этой узкой области. Второй, что программа пригодится разным группам практиков — сотрудникам НКО, медицинским профессионалам или, скажем, специалистам, которые занимаются продвижением услуг частных клиник. Думаю, опыт реализации программы ДПО поможет нам определить, на какой именно группе лучше фокусироваться в планируемой магистратуре, возможно, он подскажет нам направления будущих специализаций.

В качестве партнеров в проекте заявлены несколько организаций, занимающихся проблемами здоровья. Расскажите, пожалуйста, об этом сотрудничестве и его результатах.

Этот проект вырос из многолетнего сотрудничества как между несколькими факультетами внутри Европейского университета, так и сотрудничества с организациями за его пределами. Например, с центром «Социально-политические исследования технологий» Томского государственного университета я плотно общаюсь с 2015 г. Мы тогда работали в рамках образовательного проекта, поддержанного Еврокомиссией. Весной этого года я была одним из организаторов большой международной конференции по социальным исследованиям медицины, которая прошла в ТГУ на базе центра. А сейчас мы с томичами обсуждаем возможности для студенческого обмена, имея в виду тех наших будущих слушателей, которые станут заниматься темой здоровья. Также есть история продолжительной исследовательской работы антропологической части нашей команды и специалистов из психологического центра «Баланс». Надеюсь, когда мы запустим программу, те студенты, которые заинтересуются тематикой психологической помощи, смогут проходить практику на базе центра. Все партнеры, с которыми мы взаимодействуем при разработке программы и предполагаем взаимодействовать при ее реализации, на самом деле, даже не вместились в ту форму, которая была в заявке на грант. Например, у нас есть также общие исследовательские интересы и планы по развитию образовательного партнерства с Университетом ИТМО и с Фондом профилактики рака.

Магистерская программа предполагает значительный исследовательский компонент. Как он будет реализован?

Магистерские программы, которые сейчас существуют в Европейском университете, ориентированы на исследовательскую работу. То есть проведение студентом самостоятельного эмпирического исследования – это, пожалуй, краеугольный камень обучения у нас. Курсы – теоретические и методологические – призваны помочь магистранту в том, чтобы осуществить проект своей мечты. Новая программа продолжит эту добрую традицию. Думаю, мы даже усилим здесь исследовательский компонент. Надеюсь, в этом нам помогут партнеры, о которых я уже говорила. Обычно исследования наших магистрантов весьма академические, они решают научные проблемы. Что же касается новой программы по медицине, то здесь мы хотим усилить прикладной аспект исследований. На основе общения с сотрудниками НКО и медиками становится понятно, как сегодня актуальны грамотно проведенные социальные исследования для российской медицины и здравохранения. Это, например, вопросы о качестве медицинского образования или о том, почему некоторые пациенты не доверяют врачу и не выполняют его рекомендации. То есть здесь речь идет не только о том, чтобы внести вклад в научную дискуссию, а о том, чтобы исследовательская работа помогла сделать медцинскую помощь лучше и доступнее для пациента.

Какую поддержку со стороны руководства вуза и своих коллег вы получаете при работе над проектом? Видите ли вы дальнейшие пути его развития?

Без поддержки коллег, конечно, никакого проекта магистратуры не было бы. Даже немного странно использовать здесь слово «поддержка». Проект — это результат предыдущих лет нашей коллективной работы: исследований, семинаров и конференций, курсов, которые уже читаются в университете по медицинской тематике. Это не та ситуация, когда один человек что-то делает, а коллеги его в меру сил поддерживают. Наша история про совместный труд. Ну, или можно сказать, что мы все поддерживаем друг друга. И меня, на самом деле, очень радует, что к проекту присоединяются новые участники. То есть мы, например, задумали эту магистратуру с антропологами, а потом к нам присоединились коллеги с факультета экономики, которые, оказывается, тоже давно исследуют экономические отношения в сфере здравоохранения. Дальнейшее развитие, собственно, связано с открытием магистерской программы по социальным исследованиям медицины. Надеюсь, получится сделать эту программу по-настоящему междисциплинарной и в то же время гармоничной. Мы уже сейчас в рамках ДПО пробуем разные форматы: организовали семинар-практикум с участием медиков; ведем несколько основных курсов в виде диалога между социологическими и антропологическими подходами. Еще для меня всегда важна исследовательская повестка. Я уже говорила, что магистратуры у нас в университете всегда содержат мощный исследовательский компонент. Видимо, теперь в исследованиях мы также будем больше двигаться в сторону междисциплинарности. У нас, кстати, сейчас при поддержке Российского научного фонда реализуется большой исследовательский проект по проблеме пациентоориентированной медицинской помощи. В нем задействованы и медики, и наши студенты.

В рейтинге Фонда Потанина Европейский университет в Санкт-Петербурге в 2019 году занял второе место. Очевидно, это связано и с активным участием преподавательского состава в программах Фонда. А как влияет участие и лидерство в этом рейтинге на престиж вуза в образовательном сообществе и среди потенциальных студентов?

Как социолог я могла бы ответить на этот вопрос, только опираясь на исследовательские данные. Но у меня их, к сожалению, нет. Хотя, наверное, было бы интересно посмотреть, как успешность вуза в получении различных грантов связана с его престижем. Вообще, на мой взгляд, второе место Европейского в рейтинге Фонда связано с тем, что обе эти институции привлекают людей сходного типа. Тех, кто готов проявлять инициативу и самостоятельность. Тех, для кого вуз не только формальное место работы или учебы, но общее дело, в которое ты готов вкладываться.

Как вы оцениваете взаимодействие с Фондом Потанина в ходе проекта? Посоветуете ли вы своим коллегам бороться за гранты Фонда?

Взаимодействовать с Фондом Потанина очень комфортно. Вся схема работы выстроена очень профессионально. В смысле точности и эффективности. И в смысле ориентации на профессиональную, а не бюрократическую логику. Когда начинаешь работать с Фондом, понимаешь, что во главу угла здесь положены содержательные вопросы, а не производство многостраничных формальных отчетов, как, к сожалению, иногда бывает в случае с грантодающими организациями. И конечно, приятно, что есть доверие со стороны фонда к профессионализму тех, кто получил грант — доверие к твоей кометентности и мотивации. Тебе дают возможности для осуществления задуманного проекта и не стремятся при этом перепроверять каждый твой шаг. Словом, сотрудники фонда – профессионалы, уважающие профессионализм других людей.

И я, конечно, советую своим коллегам из Европейского университета и из других вузов участвовать в программах Фонда. Также всегда рекомендую участвовать в программах Фонда своим студентам. Честно говоря, хотя текущий проект еще не завершен, у меня после посещения апрельской конференции для грантополучателей Фонда Потанина уже возникли идеи относительно того, какие инициативы можно было бы еще заявить.